Усадьбе Прохоровых-Хлудовых в Москве вернут исторический цвет фасадов и лепнину

Как сообщает «Интерфакс» со ссылкой на Мосгорнаследие, усадьбе Прохоровых-Хлудовых в Подсосенском переулке (дом 30, строения 1 и 2) решили вернуть исторический цвет фасадов — заодно с лепным декором, до которого в 2018-м не добрались. Тогда специалисты уже отремонтировали сами фасады, цоколь, крыльца, ограду, своды Монье, окна и двери; теперь очередь за колером, штукатуркой и интерьерами — беломраморными ступенями, чугунным ограждением лестницы и сохранившейся живописью по штукатурке. По словам руководителя департамента Алексея Емельянова, в планах также привести в порядок гладкую и рустованную штукатурку стен и тянутый декор.

Зачем зданию XIX века снова «исторический цвет»

Спрашивать, зачем возвращать цвет дому, сложившемуся к 1820 году, — это примерно как спрашивать, зачем окну раму. История объекта культурного наследия длинная: конец XVIII века, купец Алексей Потепалов с серебряными изделиями; пожар 1812-го; перестройка; облик, который во многом дожил до наших дней; советские учреждения, частично подсобки первого этажа; офисы банка, которые занимают усадьбу сейчас. Из аутентичного наследия внутри сохранились купеческая гостиная, колоннада и расписные потолки — то есть именно то, ради чего колористическое решение фасада вообще имеет смысл. Усадьба официально числится ярким образцом архитектурной эклектики рубежа XIX–XX веков, и цвет здесь — не декоративная хотелка, а часть стилевой конструкции: без правильного тона лепнина выглядит как гипсовая заплатка, а не как продолжение стены.

Что на практике означает «вернуть цвет»

Здесь начинается самое полезное — та часть, ради которой читателю этого издания стоит читать новость дальше заголовка. Реставрация фасадов объекта культурного наследия в Москве — это не «покрасили краской из ведра». Это отдельный проект с историко-архитектурным обоснованием, согласованием колерных карт и подбором составов, совместимых с исторической штукатуркой, где поверхность готовится слоями под финиш.

Подводный камень №1 — совместимость. Если в 2018-м фасады обрабатывались одними составами, новый колер должен сесть на них без конфликтов: иначе через пару сезонов получаем «лицо» в шелушащейся штукатурке и претензии надзорных органов.

Подводный камень №2 — гладкая и рустованная штукатурка одновременно. Руст требует иной техники нанесения и иного количества слоев, чем гладь; попытка сделать всё одним проходом — классический способ получить визуальный мусор, где швы читаются как «человековейник» в три этажа.

Подводный камень №3 — интерьерная живопись по штукатурке. Это уже не фасадный подряд, а работа реставратора-живописца, и любая ошибка с влажностью основания убьет красочный слой быстрее, чем неудачный выбор обоев в новостройке.

На что смотреть, если наблюдаете за процессом

• Проектная документация на реставрацию объектов культурного наследия в столице проходит через Мосгорнаследие — у истории есть конкретный надзорный адрес, куда при желании можно направить запрос о составе работ.
• «Белый мрамор» на парадных ступенях — отдельная тема: в условиях московской зимы и реагентов он требует не только реставрации, но и продуманной защиты, иначе через пять лет получим классические сколы и высолы.
• Чугунное ограждение лестницы и сохранившиеся металлические элементы камина — это работа по металлу с полноценной антикоррозийной подготовкой, а не «покрасили чёрной краской и забыли».

В сухом остатке: новость формально про колер фасада, фактически — про попытку вернуть в рабочее историческое состояние один памятник эклектики в центре Москвы, не превращая его в открытку. Удастся ли — покажет следующий этап и тот цвет, в который здание в итоге оденут.